ЛИТЕРАТУРА / АВТОРЫ

Скрябина, Ариадна Александровна


С 15-ти лет Ариадна и сама сочиняла — сохранились листочки, исписанные детским почерком. Совместно с младшей сестрой Мариной Аридана писала под коллективным псевдонимом Мирра. В числе произведений Мирры много стихов об именах: Марина, Ольга, Аля. Исследователь Т. В. Рыбакова отмечает сходство этих наивных строк со стихами Марины Цветаевой, в творчестве которой мотив имени тоже занимает особое место. Семьи Скрябиных и Цветаевой были очень дружны. Дружба эта особенно проявилась после возвращения Скрябиных из Киева в Москву. Марина Цветаева протянула Татьяне Фёдоровне руку помощи, стала духовной опорой, когда та в этом нуждалась больше всего. Цветаева проводила у постели тяжело больной женщины целые дни и ночи напролёт, и впоследствии написала в дневнике: «Дружба суровая: вся на деле и в беседе, мужская, вне нежности земных примет». Дружили и их дочери, две Ариадны, и детское стихотворение «Аля», скорее всего, посвящено Ариадне Эфрон. Тёплые отношения с Мариной Цветаевой продолжилась и в эмиграции: сын Цветаевой Мур родился через два дня после рождения дочери Ариадны, по поводу чего они обменялись подарками и Цветаева сделала дневниковую запись. Сохранились и стихи того времени, написанные исключительно Ариадной Скрябиной: с большой претензией и под «говорящим» автографом Ариадна Орлицкая. Девушка боготворила своего отца, но была честолюбива и не желала пользоваться его славой, а в псевдониме, вероятно, отразилось название любимейшей пьесы «Орлёнок» Эдмона Ростана, переведённой на русский язык Мариной Цветаевой в 1910—1911 годах.

Отучившись год, Ариадна не пошла в выпускной класс и оставила школу, решив поступать в вуз. К ней приехала её подруга по Смольному институту Катя Жданко; они «побратались», после чего Ариадна вполне серьёзно стала считать её своей сестрой. «Сёстры» жили в одной комнате скрябинской квартиры. Вместе решили и поступать в Государственный институт слова, которым руководил известный артист и теоретик декламации Василий Серёжников. После испытательного «коллоквиума» обеих девушек зачислили в ГИС. Ариадна посещала лекции выборочно, только те из них, которые были ей интересны: языкознание и орфоэпия (читал Д. Н. Ушаков), история западной литературы (П. С. Коган), поэтика (В. Я. Брюсов), эстетика (Ильин). Среди друзей Ариадны сын писателя Леонида Андреева Даниил, студентка консерватории пианистка Татьяна Голубева, дочь историка М. К. Любавского Александра, балерина Франческа Бём из студии К. Я. Голейзовского, Вера Кропоткина, родственница известного революционного мыслителя.

В январе 1922 года ГИС закрыли, а в марте, так и не оправившись от болезней, вызванных тяжёлой депрессией, умерла Татьяна Фёдоровна. Помещение тоже нужно было освобождать — на лето намечалось открытие музея. Незадолго перед смертью Татьяне Фёдоровне как будто стало лучше, и она собиралась перевести всю семью в Париж, к своему брату Борису Шлёцеру. Ариадна же и слышать не хотела о том, чтобы покинуть Россию «в такое время». Получилось всё наоборот: навсегда оставив Татьяну Фёдоровну в России, рядом со Скрябиным на Новодевичьем кладбище, и отправив младшую Марину к бельгийским родственникам Татьяны Фёдоровны, Ариадна, вместе с бабушкой Марией Александровной, оказалась у «дяди Бори», в Париже.

 


Комментарии

Добавить комментарий
Комментарий
Отправить